2

вторник, 7 августа 2018 г.

Турция должна сделать выбор: НАТО или БРИКС


Надежды, что Турция вот-вот крепко задружится с БРИКС (в составе этой международной организации сегодня Бразилия, Россия, Индия, Китай и ЮАР), а там, глядишь — разорвет союзнические отношения с США, оказались преувеличенными. 5 августа стало известно: накануне саммита «пятерки» в Йоханнесбурге в конце июля Анкара действительно устно изъявляла желание принять участие в форуме как представитель Организации исламского сотрудничества. 

И получила твердый отказ по причине «неготовности организации к новым участникам». Об этом сообщила турецкая антиправительственная газета Sözcü. Это логично стыкуется с заявлением, которое ранее сделал исполнительный директор Национального комитета по исследованию БРИКС Георгий Толорая. По его словам, желание турецкого лидера Реджепа Тайипа Эрдогана сделать Турцию полноправным членом БРИКС, высказанное по итогам саммита этого объединения, в настоящее время неосуществимо. «Президент Турции может озвучивать желание своей страны стать членом БРИКС, прекрасно понимая, что это невыполнимо. 

Во всяком случае, на данный момент в рамках БРИКС принято решение вообще не рассматривать вопрос о расширении членства в этом объединении до тех пор, пока не будет отрегулирован такой механизм взаимодействия внутри объединения, который позволит договариваться и находить компромисс», — сказал Толорая. Он добавил, что вдобавок и членство Турции в НАТО является осложняющим моментом для сотрудничества по линии БРИКС. Заметим, президент РФ Владимир Путин по время саммита в Йоханнесбурге говорил, что расширение БРИКС за счет новых участников не планируется. И все же полностью такой возможности тогда открыто не исключил. «Увеличивать сейчас формально число членов БРИКС пока мы не планируем, потому что те форматы, которые сложились, показывают свою эффективность. 

Однако это не значит, что организация является закрытой и что двери закрыты. Просто этот вопрос, как у нас в народе говорят, с кондачка не решается. Нужно как следует это проработать», — сказал Путин. На деле, заявления Эрдогана укладываются в многовекторную политику, которую он проводит довольно давно. Уже очевидно: турецкий президент не собирается выходить из НАТО или разрывать связи Анкары с ЕС. Но при этом хочет получать выгоду от совместных проектов с РФ, Китаем или Индией. По мнению ряда экспертов, Анкара сотрудничает с теми, с кем ей выгодно в настоящий момент или в ближайшей перспективе. Вот и сейчас слова турецкого лидера о желательности членства его страны в БРИКС были привязаны к текущему политическому моменту. Еще конкретней — вызваны конфликтом Турции с США. Не случайно свой первый комментарий в связи с новым выпадом Дональда Трампа, пригрозившего ввести против Анкары «значительные санкции», Эрдоган дал как раз в Йоханнесбурге. Реагируя на запись главы Белого дома в Twitter, турецкий лидер отметил, что в случае введения санкций Вашингтон рискует потерять «такого сильного и искреннего партнера, как Турция». 

Плюс дал понять, что не готов на уступки ни по одному из спорных с американцами вопросов. Эрдоган сообщил о намерении подать иск в Международный арбитражный суд, если Анкара не получит от США обещанные Вашингтоном истребители F-35. И отверг требования освободить задержанного американского пастора Эндрю Брансона, обвиняемого в пособничестве попытке переворота 2016 года. На фоне охлаждения отношений с США, саммит БРИКС позволил Анкаре продемонстрировать, что она делает ставку на альтернативные центры силы. Надо думать, ту же карту Эрдоган будет разыгрывать в сентябре, в ходе запланированного государственного визита в Германию. Как пишет немецкая Bild со ссылкой на источники в правительствах двух стран, турецкий лидер попытается оживить диалог с ведущими западноевропейскими партнерами США. Как далеко на деле готов зайти Эрдоган в ссоре с США, какое место в этой игре Анкара отводит Москве? — К маневрам Турции нужно относиться спокойно. И в непубличных беседах с Эрдоганом разъяснить сущность организации БРИКС, — отмечает академик Академии геополитических проблем, бывший начальник Главного управления международного военного сотрудничества Министерства обороны РФ генерал-полковник Леонид Ивашов. — Надо понимать, что сегодня есть мир цивилизаций с одной стороны, и мир антицивилизаций — с другой. 

Миром антицивилизаций является Запад. Там господствует финансовый капитал. И все, что на Западе происходит в политике и экономике, нацелено против других цивилизаций. С этой точки зрения БРИКС формируется как коалиция. А в последствии — союз антизападных цивилизаций. В объединении есть полноценные цивилизации — Китай и Индия. Есть Россия как основа евразийской цивилизации, ЮАР — как будущая африканская цивилизация, Бразилия — фундамент будущей латиноамериканской цивилизации. И сегодня остро стоит вопрос: почему в группе стран БРИКС не представлена исламская цивилизация? Есть два кандидата на это место: лидер суннитского мира Турция и лидер шиитского мира — Иран. 

Но для того, чтобы Турции вступить в коалицию антизападных цивилизаций, ей нужно выйти из западного мира. Эрдоган — и в целом Турция — во многом являются противниками Европы и США. Но до конца Анкара пока не определилась. Она является членом западного сообщества, членом агрессивного военного блока НАТО. И метания Эрдогана — оставаться в НАТО или войти в группу БРИКС — это пока поиск своего пути. Я полагаю, в перспективе Турция от Запада все равно уйдет, не порывая с ним связей окончательно. Она останется торговым и экономическим партнером Запада. Возможно, где-то даже партнером в сфере обеспечения безопасности. Но выходить из НАТО ей придется, если она на самом деле хочет найти свое место в другой цивилизационной структуре. Поэтому, повторюсь: к действиям Анкары стоит относиться спокойно. 

А Эрдогану и турецкой элите объяснять: перспектива у вас есть. Но вам нужно выбрать. Если вы не с Западом — а вас Запад не впускает в свою цивилизационную структуру, в Евросоюз, — вам нужно выходить из Североатлантического альянса. Потому что в БРИКС формируется параллельно и система коллективной безопасности. Политические вопросы безопасности уже согласовываются. А со временем появится и система принципов коллективной безопасности. Так что пусть турки думают. Категорично отказывать им в членстве в БРИКС не стоит. И я полагаю, в ближайшие годы интерес к членству в БРИКС проявят и Иран, и Египет. Нам, кроме того, важно, чтобы Турция, вступая в группу, выступала не как самостоятельный игрок, а как представитель всего суннитского мира. — Получается, принципиальный вопрос — нахождение Турции в НАТО. Между тем, Вашингтон заинтересован в Анкаре как в партнере по безопасности на Ближнем Востоке. Допустят ли американцы потерю такого союзника? — Турция понемногу осознает, что все годы нахождения в НАТО она на южном фланге альянса играла роль ударной силы против СССР, а затем — и против СНГ. И эта провоцирующая и агрессивная роль ничего туркам не принесла. 

У турецких элит зреет ощущение, что США использовали их в собственных интересах. В частности, для разрушения Советского Союза. Причем, дальше — в Европу — партнеры турок не пускают. И опять отводят им подчиненную роль. С одной стороны — поглотителя миграционных потоков из Азии и Африки. С другой — тарана против России. В частности, сегодня Анкара мощно давит на Крым, поддерживая оппозиционных Москве крымско-татарских лидеров. Когда это антизападное ощущение у Анкары окончательно сформируется, начнется поэтапный выход Турции из НАТО. Это — мягкий вариант. Но я не исключаю и резкого. 

Например, что в какой-то момент Анкара радикально заявит, что с завтрашнего дня не является членом блока. Правда, для этого Турции необходимы гарантии безопасности — в первую очередь, от США. И здесь надо смотреть, какие гарантии может дать Россия, Китай, тот же Иран? И тогда процесс вступления Турции в группу стран БРИКС может быть иным: одномоментно заявляется, что Турция больше не является членом НАТО, и становится кандидатом в члены БРИКС. — В этом случае глубинные разногласия между Москвой и Анкарой будут преодолены? — Исторические противоречия между нашими странами останутся в любом случае. В частности, по Крыму. Ведь был момент, когда полуостров управлялся совместно Россией и Османской империей. Никуда не денется и пантюркизм, в рамках которого пространство «Турана» к северу от Ирана, и от Кавказа до Саян рассматривалось турками как прародина «туранских» народностей. 

К которым причислялись и все этносы урало-алтайской языковой семьи. Но и при вступлении Турции в БРИКС, и в треугольнике Москва-Анкара-Тегеран, и в двусторонних российско-турецких отношениях можно не только помидоры выставлять приоритетом сотрудничества. Но и решать вопросы, которые мешают нашему культурно-цивилизационному сближению

Источник